ДОРОГА К ЛЮДЯМ

Глава 1. «Благие намерения»

Первого сентября Костя Темников, он же младший скаут Камышовый Кот, пришёл в школу в скаутском галстуке. Это было очень сложное испытание, которое он придумал себе сам. Казалось бы, что здесь трудного? Ходи в галстуке – и все дела!

Вот только в прошлом году Костю из-за частых двоек едва не оставили «на осень», а уж сколько раз его отчитывали на педсовете за плохое поведение и прогулы – страшно вспомнить! Учился он плохо не потому, что не мог запомнить объяснения учителей, - память у него была прекрасная. Он просто не понимал, зачем его каждый день «грузят» правилами и формулами, которые вряд ли когда-нибудь пригодятся в его жизни. Такое впечатление, что учителя делают это специально, чтобы у него почти не оставалось времени поиграть с друзьями, посмотреть телевизор или заняться ещё чем-нибудь интересным. Уметь читать, писать, считать – это совсем другое дело, и в своё время Костя окончил начальную школу на все пятёрки. А дальше интерес пропал, и он постепенно стал «скатываться» на тройки и двойки.

Сейчас ситуацию надо было менять. Позорить двойками звание скаута он не хотел, тем более что в скаутском отряде он узнал о «Железном законе русских скаутов». Этот закон был введён ещё в начале прошлого века и запрещал посещение скаутских занятий тем, у кого есть неисправленные двойки. Костя надеялся, что скаутский галстук поможет ему справиться с учёбой, так же как в лагере стремление стать скаутом помогло ему изменить свой характер. К тому же курить в туалете, беситься на переменах и «посылать» делающих замечание учителей (да, были в Костиной биографии и такие случаи!) в нём станет совсем невозможно.

Сначала он хотел прийти в полной скаутской форме, но тогда ребята могли бы подумать, что он «выпендривается», и Костя решил ограничиться галстуком. Однако это не спасло его от насмешек. Как только одноклассники увидели его в «обновке», они сразу стали упражняться в «остроумии»:

- Гляньте, пацаны, у Кота теперь зелёный ошейник появился! Приручили всё же!

- Он теперь в пионеры записался! Будет старушек через дорогу переводить!

- Нет, у пионеров галстуки красные были, - вспомнил кто-то из мальчишек.

- А он не созревший пионер! Совсем ещё зелёный!  Дозреет – станет красным!

Ребята расхохотались и отбежали подальше от Кости. Они прекрасно знали, что нрав у Кота крутой, и драться с ним опасно. Сейчас их было много, да и на школьном дворе, в присутствии учителей Кот вряд ли будет затевать драку.

Слушая насмешки, Костя по привычке запомнил «особо ретивых», чтобы потом, в более удобной обстановке, «разобраться» с ними. Он оценивающе прищурил глаза, и ребята, заметив хорошо знакомое им хищное выражение его лица, почти сразу же смолкли. Кот не прощает обид – это знали все, и теперь каждый прикидывал, как лучше исчезнуть после уроков, чтобы не получить синяков или травм.

- Идите сюда, я сегодня добрый, – сказал  им Костя, вспомнив о том, что он скаут, - бить не буду, обещаю.

Ребята, опасливо держась рядом друг с другом, подошли ближе.

- Объясняю для тупых, - Костя всё же не упустил случая отомстить насмешникам, - это скаутский галстук. Чтобы его заслужить, надо доказать, что ты действительно крутой пацан, а не паршивый нытик. Так что на будущее прикалываться не советую. Всем понятно?

Для себя он уже придумал, что как только кто-нибудь из них снова станет «остроумничать», он снимет галстук, проучит этого дурака, а потом снова наденет галстук. Но никто из ребят не решился испытывать странное терпение Кота. Вместо шуток посыпались вопросы:

- А как надо доказывать, что ты крутой пацан?

- Ты чё, теперь скаут, что ли? Что это за скауты такие?

- Расскажешь, как ты получил галстук?

Костя без лишних подробностей начал рассказывать о скаутах и своём первом скаутском лагере. Его рассказ был не очень похож на то, что Костя слышал о скаутском движении от Олега и ребят из своего отряда. Кот старался говорить привычным для одноклассников языком, и по его словам получалось, что скауты – это нечто вроде курсов для подготовки спецназа, только очень интересные и рассчитанные на их возраст. Ребята слушали внимательно, а некоторые даже спрашивали, как можно записаться в отряд.

К ним подошла их «классная» Мария Фёдоровна. Она преподавала у них химию и была очень строгой. До ухода на пенсию ей оставался всего один год, и она твёрдо решила «сделать этих оболтусов приличными людьми». Заметив у Кости скаутский галстук, Мария Фёдоровна возмутилась:

- Темников! Что ты себе позволяешь? Совсем за лето распустился? Уже и школа ему не школа! Сейчас ты в этом галстуке пришёл, а завтра в фашистской форме явишься?! Снять немедленно!

- Это скаутский галстук, - попытался объяснить ей Костя. – Я летом …

- Ничего не хочу слышать! В своих скаутах ходи в чём хочешь, хоть голышом, а здесь изволь подчиняться школьным правилам!

- А где в школьных правилах написано, что нельзя в галстуке ходить?

- Так ты ещё и дерзишь! – Мария Фёдоровна перешла почти на крик. – Вот она – ваша благодарность! Я отдала вам, можно сказать, лучшие годы своей жизни! Задерживалась после работы, ночей не спала! И всё для чего? Для того, чтобы такой молокосос сейчас мне указывал, что есть и чего нет в школьных правилах?! Сними немедленно, или после линейки отправишься в кабинет к директору!

- Галстук я не сниму. Если хотите, попробуйте снять силой.

- Темников, вот только не надо из себя пионера-героя изображать! Они кровь за Родину проливали, а ты-то ради чего упрямишься? Сам с двойки на тройки учишься, а туда же – принципы у него, видите ли, появились! Из-за какой-то зелёной тряпки начинаешь грубить взрослым! Мало ты на педсоветах слёзы лил и прощения просил?! Ещё захотел, соскучился? Я тебе это устрою! Да за такое поведение тебя на учёт в комиссию по делам несовершеннолетних нужно ставить! Тюрьма по тебе плачет! Немедленно марш домой, и без матери в школу не возвращайся!

- Мама сейчас на работе и вернётся только вечером. А не пускать меня в школу Вы права не имеете – у нас обязательное среднее образование.

- Посмотрите-ка на него! Права он знает! Тоже мне, правозащитник выискался! Вот такие диссиденты как ты и развалили Россию! Какая могучая страна была – и что от неё осталось, а? Я тебя спрашиваю, Темников! Отвечай!

- Это я что ли Россию развалил? Когда началась перестройка, меня вообще-то ещё и на свете не было…

Спор был прерван звуком фанфар. Началась торжественная линейка, посвящённая Дню знаний. Директор школы поздравила всех с этим «праздником» и долго говорила о том, как много делается в их школе для блага учеников, какое у них замечательное руководство и щедрые спонсоры. Представители замечательного руководства и щедрых спонсоров стояли рядом с ней с официально-восторженными лицами и, как и школьники в строю, ждали окончания мероприятия.

Но вот, наконец, одиннадцатиклассник пронёс на плече весело размахивающую колокольчиком первоклассницу, и линейка закончилась. Мария Фёдоровна не забыла своих угроз и, рассадив всех в кабинете, повела Костю к директору.

- Татьяна Владимировна! – с какой-то театральной скорбью произнесла она.– У нас снова Темников «отличился»! Не успел начаться учебный год, а он уже нарушает школьный распорядок! Дерзит, пререкается, отказывается выполнять мои требования! Позорит всю нашу образцовую школу! И ладно бы в классе – к этому-то мы уже привыкли. Так ведь нет – ишь что удумал, стервец, нашёл время, - на торжественной линейке, почти перед всем руководством города захотел нас опозорить. Хорошо, что я вовремя заметила!

- Спасибо, Мария Фёдоровна, - тяжело вздохнув, сказала директор, - идите к детям, проводите классный час, а мы здесь с Темниковым разберёмся.

Мария Фёдоровна  удалилась с гордо поднятой головой, преисполненная сознанием выполненного гражданского долга.

- Ну и что ты на этот раз учудил. Темников? – спросила Татьяна Владимировна. На галстук она то ли не обратила внимания, то ли не посчитала его чем-то криминальным. – Почему же тебе не живётся спокойно, как всем людям? Мама твоя с утра до вечера на работе, всё старается тебя получше одеть-обуть, а ты ей такие сюрпризы преподносишь!

- Ничего я не учудил. Просто пришёл в школу в галстуке.

- Вот видишь! Как же тебе не стыдно! Надел галстук, а продолжаешь вести себя как малолетний преступник. Твой галстук – это не просто галстук, а частица красного… – взглянув на Костю и заметив, что галстук вовсе не красный, а зелёный, она поправилась: - … то есть зелёного знамени, под которым проливали свою кровь... – Татьяна Владимировна на секунду замолчала, вспоминая, кто и где проливал кровь под зелёным знаменем. Не вспомнив, она продолжила в том же духе. - … В этом галстуке ты должен пример всем подавать, хорошо учиться, слушаться старших! Ведь так, или теперь у вас всё по-другому?

- Так. Я для этого и надел, чтобы исправиться. А она снимать заставляет.

- Во-первых не «она», а Мария Фёдоровна, а во-вторых даже если требования педагога тебе почему-то не нравятся, ты всё равно обязан их исполнить, а не хамить взрослым.

- Я и не хамил. Просто сказал, что галстук не сниму.

- Ну видишь, ты снова споришь со старшими, даже сейчас, в кабинете директора. По-моему ты уже просто не замечаешь своего плохого поведения.

- А я что, всегда с взрослыми соглашаться должен? Даже если они говорят неправду?

- В школе – всегда! Учитель не может говорить неправду. Ты ещё мал, и многого не понимаешь, поэтому не можешь решить, что правда, а что нет. Так я не совсем поняла, что ты сотворил на линейке?

- Ничего я не сотворил. Я же уже рассказывал. Пришёл в галстуке и отказался снять.

- И это всё? Только не вздумай мне врать – всё равно я узнаю правду.

- Всё. Честное слово.

- Наверное, ты всё же нагрубил Марии Фёдоровне?!

- Не грубил я. Это она на меня обзывалась.

- Ты неисправим, Темников! Снова начинаешь спорить со мной!

- А я что, должен говорить, что грубил, если и слова плохого ей не сказал?

- Ладно. Иди в класс, я во всём разберусь. Только учти, если обманул – будешь наказан вдвойне! Галстук можешь оставить, с Марией Фёдоровной я договорюсь.

Костя вошёл в класс с ощущением только что выигранного сражения. Галстук по-прежнему был на нём. Мария Фёдоровна грозно посмотрела на него, но ничего не сказала. На перемене одноклассники обступили Костю и стали расспрашивать, как ему удалось добиться своего. Тот и сам не знал, почему Татьяна Владимировна разрешила не снимать галстук, но ребятам преподнёс это как свою личную победу.

Мария Фёдоровна вышла из кабинета директора с видом героя-подпольщика, получившего особо важное задание Центра:

- Костя, скажи-ка мне, есть ли у ваших скаутов какие-нибудь законы или правила?

- Конечно, есть, -  ответил Костя, поражённый не только заговорщицким видом классного руководителя, но и тем, что, пожалуй, впервые за несколько лет она назвала его не по фамилии, а по имени. Внутренне чувство опасности вовсю трубило тревожный сигнал, но его причина была пока непонятна.

- Не мог бы ты их нам принести? Мы с Татьяной Владимировной очень заинтересовались скаутами.

- Я их и так Вам рассказать могу. Когда я сдавал нормы, то учил законы наизусть.

- Нет-нет, рассказывать не надо. Я верю, что ты их знаешь. Напиши их на листочке и принеси мне, хорошо?

- Хорошо.

После школы Костя забежал домой, наскоро поел и пошёл в клуб. Скаутских занятий сегодня не было, но «Волки» договорились встретиться, чтобы обсудить одно очень важное тайное дело. На одном из предыдущих сборов Андрей рассказывал, что у скаутов была традиция каждый день делать хотя бы одно доброе дело. Они даже завязывали на галстуке «узелок на память», развязать который могли лишь после того, как кому-нибудь помогли. Делать добрые дела в одиночку было сложно, и «Волки» решили объединиться.

Они долго не могли придумать подходящее дело.  Действительно, чем обычные мальчишки могут всерьёз помочь взрослым? А несерьёзные дела, типа раздачи самодельных открыток и сувениров, им казались недостойными скаутского звания.

Наконец, решение проблемы было найдено. В окрестностях клуба валялось много бумажек, железок и прочего хлама, и «Волки» часа за два ударной работы привели всё в порядок. Довольные собой, они присели на скамейку и задумались, чем займутся завтра.

- Нет, парни, это было не доброе дело, - сказал вдруг Аллигатор. Костя уже знал, что в обычной жизни Аллигатора звали Олегом.

- Почему не доброе? По-твоему, пусть бы весь этот мусор и дальше валялся? – возмутились уставшие «Волки».

- Нет, хорошо, конечно, что убрали. Только лучше от этого стало нам самим, а не кому-нибудь постороннему. Мы же сами сюда ходим. Вот если бы мы у чужого дома убрались – тогда другое дело!

Немного поспорив, «Волки» согласились с вожаком и пошли искать подходящий дом. Как назло, у ближайших домов было чисто – то ли жители не мусорили, то ли хорошо работали дворники.

- Смотрите! Видите бабушку с тяжёлыми сумками? – нашёл выход Артём. – Побежали, поможем ей!

Остановившаяся передохнуть пожилая женщина испуганно смотрела на мчащуюся к ней ватагу мальчишек. Схватив сумки и крепко прижав их к себе, она, видимо, решила сражаться за своё добро до последнего вздоха.

- Как хорошо, что Вы нам попались! – выпалил подбежавший первым Артём. – Давайте-ка сюда все свои сумки! Мы же видим, как Вам тяжело их таскать! Пойдёте налегке!

Старушка, не выпуская сумок, отрицательно покачала головой.

- Не спорьте! Мы молодые, сильные и нас здесь много! Подумаешь, сумки! Одной-то Вам всё равно не справиться! Зачем же тратить своё здоровье ради этих сумок! – ещё не понимая, почему бабушка не соглашается на их помощь, убеждал Артём. – Да Вы не бойтесь, нам Ваших денег не надо! Мы не из-за денег, а из-за принципа стараемся! Вы нам только сумки отдайте!

Старушка продолжала стойко держать оборону. Подбежавшие ребята встали рядом, ожидая окончания «переговоров». Артём вдруг подумал, что, возможно,  бабушка им попалась совсем глухая и именно поэтому не понимает, что ей хотят помочь. Решив объяснить наглядно, он взялся за ручку сумки и стал тянуть её на себя.

Голос у старушки оказался похожим на сирену пожарной машины. Воя и жутко ругаясь, она оттолкнула Артёма, ударила сумкой стоящего на её пути Славку-Чижа и бросилась наутёк. «Волки» застыли на месте, крайне изумлённые бездонными познаниями бабушки в ненормативной лексике и поистине спринтерской скоростью её передвижения.

Кот считал, что ругаться он умеет отлично, но по сравнению с бабушкой чувствовал себя только что вылупившимся птенцом. В школе он не раз слышал от учителей, что русский язык «богат и могуч», но только теперь осознал это по-настоящему. Он заметил, что за это время старушка в своих ругательствах не разу не повторилась, выдавая каждый раз всё новые и новые «перлы». Кот даже постарался запомнить несколько особо заковыристых выражений – мало ли где может пригодиться!

- Не получается у нас сегодня с добрыми делами, - вздохнул Олег.

- Хотели как лучше, а получилось как всегда, - вспомнил старую шутку Дима-Енот.

- Благими намерениями вымощена дорога в ад, - добавил начитанный Сергей-Ягуар, ещё не подозревая, насколько пророческими окажутся его слова.

«Волки» приуныли и, решив больше не испытывать судьбу, разошлись по домам.

Продолжение следует